Эльбрус-2003. Папитка – не питка (И. В. Сталин)

Альпинисты живут своей жизнью, парапланеристы - своей. Эти две жизни редко пересекаются. По крайней мере - у нас. Тех, у кого эти две жизни пересекаются, я бы сосчитал на пальцах своих рук. Там пока 10 пальцев. Да простят меня те, кто занял бы пальцы ног (там тоже пока 10 пальцев) - мы просто еще не знакомы.
«Тащить параплан на гору - не рационально» - советуют парапланеристы. Ну да, чаще всего мягкокрылая часть человечества страдает от гедонизма. Для них гора – это способ добраться до восходящих потоков, и уж потом часами там крутится в комфортных подвесках. Поэтому идеальный вариант горы для парапланериста – это наличие подъемника (на худой конец – дороги для заезда на машине), доставка пиццы на старт, покатые травянистые склоны, бар с большим выбором пива и женское общежитие неподалеку.
«Летать на тряпках страааашно» - пучат глаза альпинисты. Правильно. Одно дело висеть на надежной одиннадцатимиллиметровой «динамике», надежно закрепленной вверху надежным другом с помощью надежного шлямбура к надежной скале. А летишь на параплане, верх глянешь – ваааааа.. Тонкие нитки, привязанные к тряпочке, которая в свою очередь не только ни к чему не прикреплена, да еще и колбасится над головой.
Поэтому собрать команду для восхождения на Эльбрус и полета с одной из его вершин оказалось весьма трудно. Несколько раз искорка идеи уже была готова потухнуть, но в такие моменты передо мной возникала коллега по работе Юля, девушка с сильным и решительным характером, и, пристально глядя в глаза, вдувала в меня необходимую порцию такой же силы и решительности. Тем временем кандидаты появлялись и пропадали, намеченные сроки приближались, и я был готов плюнуть и пойти один.
И вот тут я наткнулся на Диму Гусева, который был одержим такой же идеей, к тому же собрал несколько единомышленников. Так и началось все это..

1 cентября.
Выхожу на перрон курского вокзала. Почему не видно больших парапланерных рюкзаков, и под ними - команды с моими билетами? Беру мобилу.
- Але, Дима, где вы?
- Уже в вагон заходим, подгребай.
- А какая платформа?
- Блин, ну там же написано, Кисловодск, поезд отходит 8:37, посмотри на табло.
- Да тут нет такого поезда.
- Как нет, 8:37, из Казанского вокзала....
- КАКОГО КАЗАНСКОГО!!!??? Ты же мне сказал – Курский вокзал! Етить!..
- Таааааак..
Это слышу уже развивая максимальную скорость в сторону площади. Адреналиновый впрыск, рюкзаком сбиваю прохожих, машины и паровозы. Хватаю таксиста за пиджак, - «Казанский вокзал, БЫЫЫСТРО!!!»
Два раза объяснять не надо, такой вопль означает, что клиент спорить по цене не станет.
Визг шин, извлекаю сверхгабаритный рюкзак и гонорар шумахеру, мощный рывок до платформ, сбивая ограждения, милиционеры и паровозы. На ходу ору в телефон:
- Дима, я на перроне, держи поезд за хвост!!!
- Понял, иду на встречу!
Засовываемся в первый попавшийся вагон. Вероятно, я только что побил какой-нибудь рекорд. Далее следует аттракция для всего поезда, так как наш вагон – последний, а неимоверный рюкзак не желает пролезать через узкие двери тамбуров. Семнадцать вагонов умножить на два тамбура – столько раз в каждом из них застреваю, столько же раз меня Дима с разбега вышибает плечом на следующее пространство. Проходя очередной вагон, гляжу в бездонные молчаливые глаза граждан и пытаюсь успокоить их - притворяюсь поездным торговцем. «Граждане пассажиры, предлагаю вашему вниманию корейские парапланы повседневного пользования, а также подвесные системы, спасательные парашюты и другие мелочи обихода...». Товар спросом явно не пользуется. Граждане провожают такими бездонными выпуклыми глазами, в которых не отображается никакое любопытство. Они просто напросто выпуклые и все.
Вот и наши места. Хорошее начало. Я весь в мыльной пене от первого за сегодня подвига.
В нашем вагоне собралась бОльшая часть команды – Дима, Вася, Юра и я. Тут же сидит симпатичная девушка с кокетливой улыбкой, волею судьбы купившая билет рядом.
На столе появляется чай в никелированных подстаканниках, к чаю развязывается соответствующий разговор – о градиентах ветра, о преимуществах косых нервюр, о методах обработки узких потоков. Девушка минут 15 зевает, пока ей окончательно не становится ясно, что эти мужики полностью безнадежны и приставать не собираются. Скучающим видом заваливается на верхнюю полку спать.
Воронеж. Стоянка 27 минут. Гуляем с Васей по перрону. Вспоминается мультик:
«Но если вы котенок
  И вас зовут Василий
  То лучше чем Воронеж
  Вам места не найти!»
Вася смотрит на меня с недоумением.

2 сентября.
Пятигорск. Едем с водителем «газели» Маратом в Терскол.
- Марат, а менты у вас больше кабардинцы, или балкарцы? – спрашивает неугомонный Юра.
- Не кабардинцы, и не балкарцы, - угрюмо отвечает Марат, - они менты.
Поселились в Чегетской гостинице, где нас встретил гордый горец Аслан. Гостиница классная, и номер ничего, но аааааааррррхх! Терпеть не могу, когда крышка унитаза не держится в верхнем положении.
Через час подъехал наш пятый член команды – Виктор. Он тут знатный лось. Восходил на Эльбрус 110 раз и уже два раза слетал с восточной вершины. Вообще то с вершины Эльбруса слетало не так уж много людей, может быть 7 или 8. И уж точно никто – 2 раза.
Краткий брифинг, осмотр снаряжения. После едем на стадион Иткола осмотреться – это единственная нормальная площадка для посадки. Есть еще две запасные, но лучше уж дотянуть до Иткола... Слишком они уж «запасные».
- Виктор, хорошо бы флюгер тут повесить.
- Давай, завтра с утра повесим, как раз у меня есть подходящая тряпка.
Все, ужин. Заказываем баню в «Терсколе». Баня стоит отдельной песни... Она не дает забыть, где ты находишься.
Дверь открывает хмурая персона предположительно женского пола.
- Подождите за дверью.
Ждем. Она вроде убралась малость. Но видок внутри все равно антисанитарный.
- А тапочки?
Женщина на нас смотрит с недоумением. Явно такой вопрос ей задают первый раз.
- Тапочек нету.
- А полотенца?
- Свои надо было принести.
- Хотя бы простыни...
- Кончились.
Растерянный взгляд четверых мужиков.
- Ну ладно, поищу в кладовке. С вас еще 160 рублей.
Платим, женщина исчезает. Хорошо, что пиво с собой захватили..
Парилка перегрета и больше походит на главный цех ада. Веники зря брали - лить воду на камни, значит заработать «премию Дарвина» в номинации «самая нелепая смерть года». И так уши в трубочку сворачиваются. Прыгаю в бассейн и думаю, что грязь бассейна надо срочно смывать мылом. Через полчаса показывается смотрительница бани с дырявыми простынями.
До конца оплаченного времени не досидели.

3 cентября.
С утра приехал Виктор, и мы помчались прицеплять флюгер(1) на один из прожекторных вышек стадиона. Забираюсь на вышку и удивляюсь – даже здесь контактные коробки разбиты, все разодрано. Воровать вроде нечего, а почему-то все равно все разломали. И для этого залезали на вышку?.. Ну да, есть в человеке деструктивное начало, но чтоб такое сильное – я и не подозревал.
Все забиваем точку посадки в свои GPS-ы(2), хватаем рюкзаки из гостиницы и поднимаемся на пик Чегет. Креселкой. Не пешком же топать. Мы же параальпинисты, а не просто дураки.
На зоне предполагаемого старта дует зверски. «Давай сначала на вершину сбегаем, а там, гляди, и ветер стихнет» - принимается решение. Топаем наверх. После спуска обнаруживаем, что ветер только усилился и гору накрывает облаком. Слет становится невозможным. Угрюмо берем рюкзаки и спускаемся к канатке. Виктор предлагает зайти в метеостанцию, к его знакомой. Екатерина из метеостанции угощает нас чаем и красным вином.
За два часа ожидания метеорологического чуда ветер только сильнее раздулся. Делать нечего, спускаемся вниз пожирать шашлык. Сегодня – день рождения Димы. Четыре небритые головы мучаются, что выбрать на подарок. Выбор весьма невелик. Толпой идем в «Альпиндустрию» на развилке Чегет-Терскол. Совершая восьмой круг по торговому залу видим входящего Диму.
- Дима, елы-палы; - лопнуло терпение у Васи; - говори быстро, что тебе подарить. Дима не говорит. Дима ехидно хихикает.

4 cентября.
Утром Марат подбрасывает нас до Азау. У канатки в 9:30 уже толкается толпа экскурсантов. Виктор окольными путями нас проводит до платформы в обход толпы. Поднявшись до станции «Кругозор» я неожиданно вижу парня, удивительного похожего на моего старого друга Тему из Алматы. Стоим и пялимся друг на друга.
- Алдас?!
- Тёма?!
С одной стороны такая встреча - полная мистерия. До Кавказа что мне, что ему – тысячи километров в разные стороны. С другой стороны – вполне закономерный случай. Где же нам еще встретится, если не в горах. Не в казино же... Тёма здесь с клиентом – казахский бизнесмен Куаныш полон решимости взойти на вершину и пополнить свой альпинистский список побед. Тут же подходит и Алекс Абрамов с группой иностранцев.
Забрались на Гарабаши, администратор Жора выделил нам «бочку». Во дворике приюта ко мне подходят двое неадекватно такой высоте одетых туземца и что то говорят на странном языке. Пытаюсь сообразить, что от меня им нужно. Один говорит другому «нэпонимаэт» и уходят. Вслед за ними материализовалась девушка, видимо их подруга, которая своими габаритами превосходит оба этих тщедушных тельца вместе взятых.
- Кафе там? – спрашивает она, показывая на кухню.
- Ага; - отвечаю. Ну, она прикалывается, я тоже поддержу шутку.
Через 10 секунд ее выводит повариха тетя Валя и тычет на вывеску «служебное помещение».
- И какого черта мы сюда приперлись, горы и из Нальчика прекрасно видно, ууууууу.. – не то плачет, не то воет девушка. Странные парни ходят вокруг, и, показывая пальцами на ратраки, пытаются у всех выяснить «хто хазаин этий трактар».
Время есть, можно пойти погулять. Дотопали до бывшего приюта-11. Витя рассказывает true story как его спалил ленивый гид с помощью одного венгра. Посещаем приют «Дизель», которого построили на месте бывшей дизельной котельной приюта-11. ««Дизель» - хорошая задумка, но сделан через жопу» - задумчиво говорит Виктор, смотря на стальные арки потолка. «Недолго продержит» - это вердикт.
Спускаемся в Азау. Внизу опять пожалел, что забыл в Москве ветровку. Пуховка промокла, и пришлось ее повесить в котельной гостиницы, чтоб хоть как просохла. Но эта неприятность была с лихвой компенсирована обильным ужином. Тело расплывается. Человек произошел от кабана…

5 cентября.
За завтраком Юра громко мыслит о высадке союзников в Нормандии, операция «Омаха бич» и «Юта бич». О том, что «французская армия была неспособна задержать высадку американцев, а сама высадка стала возможной только потому, что «немцы были уставшие и Гитлер дал им три дня отгула». Когда Юра открывает рот, надо хватать видеокамеру и срочно снимать, иначе вы рискуете потерять основы алтернативной истории сотворения мироздания.
Забрали провизию, некоторые вещи и поехали в Азау. По дороге Юра купил себе желтый плащ-дождевик и одел его тут же. И хотя покупка была оправданной - шел мокрый снег, - среди снежных полей он смотрелся как перерослый телепузик.
В Азау опять встретили Тему и Куаныша. Идут на акклиматизацию. У них времени валом – до 16 сентября. У нас же билеты 10-ого. Мы торопимся. Нам некогда.
Третья очередь – креселка – не работала. Что ж. Из куска кабеля Виктор смастерил упряжку и весело упряг Юру. Юра, набрав необходимое давление пара, поволок бочку с провиантом вверх на Гарабаши. Вчера по новостям показывали забаву для новорусских и нуждающихся в корпоративных играх для построения здорового коллектива, для повышения взаимопонимания. Жертв переодевают в бурлаков и дают волочь баржу по Волге. В общем у нас была возможность повеселится не хуже.
За сутки снега выпало 20-25 см. Лед на верху видимо присыпало – это хорошо. Трещины тоже присыпало – это плохо.
Еще разочек сходили на приют 11. Снега много, да и бурлацкая деятельность сегодня утром отняли желание дальнейших подвигов. Но зато Эльбрус приоткрылся ненадолго, показал величественный вид, выдавив наш дружный «Оооох..», и опять скрылся за пеленой облаков. Эдакая приманка для легкомысленных. Юра на верху объяснял свое понимание принципов акклиматизации и рвался в бой. Пришлось его усмирить.
На «бочках» Жора налил всем по 18 г коньяка. Эх, гулять, так гулять!
Завтра попытаемся зайти повыше с рюкзаками и, возможно, слететь хотя бы до Гарабаши. А пока в бочке идет борьба за место для внутренних ботинок на батарее.
Спать...

6 cентября.
Вышли 9-45 с в рюкзаки упакованными крылышками. Ясно и солнечно. С нами идут Тёма с Куанышем и пара бордеров.
Дошли до скал Пастухова. Юра отстает все больше и больше. Склон простой, и мы его не ждем. Догонит, пока будем стоять в конечной остановке. Снег сдуло ветром, и его то выше колен, то ноги скользят по льду. Наконец забрались на верх скал Пастухова. Юра внизу неистово орет что-то невнятное. Наконец разобрали - «включите рацию!». Дима достает свою «яську»(3) .
- Дима на приеме.
- Вы че там, меня тошнит, слабость, не хватает воздуха и я хочу жрать и не парьте мне мозги! Говорили – будем слетать, так че не слетаем?!
- Юра, ты че, такой ветер, да еще в спину..
- Меня тошнит, холодно, и не хватает воздуха и я хочу жрать. Не парьте мне мозги! Говорили – будем слетать...
- Юра, угомонись.
- Вы не парьте мне мозги, меня тошнит, говорили что полетим, так давай слета...
- Юра, блин, заткнись и прекрати панику! Оставь рюкзак там, где ты есть, и иди пешком вниз – мы тебя догоним.
Юра поорав еще немножко, завершает сеанс связи. Трудно понять на самом деле, что с ним происходит, так как на классическую горнячку, если человека тошнит и в то же время хочется жрать, не похоже. Советуемся. Завтра у нас попытка штурма. Конечно, если завтра ему будет нормально, то совместными усилиями поможем ему дотащить рюкзак хотя бы до верха скал Пастухова. Там, если невмоготу, он сможет слететь до «бочек». Если сразу будет хреново, поедет на ратраке вниз. Если что, сможет попробовать зайти наверх без рюкзака, на обратной дороге подберем.
Спускаемся. Догоняем Юру. Он почему-то понес рюкзак вниз. Внятно объяснить почему - не мог.
- А че вы не слетали?
- Ну высоко забросили рюкзаки – завтра легче будет. Это раз. Ну и ветер в спину дует, причем сильный – это два.
- Может я все-таки полечу?
- Юра, ветер в спину дует, невозможно. Мы тебе уже объясняли.
Через 10 минут:
- А может я полечу?
Видно ему очень лень идти пешком вниз. И тут неожиданно ветерок поворачивается и дует уже хоть и не прямо в морду, но хотя бы наискосок снизу. Практически можно стартовать.
- Давай, лети, если хочешь.
Помогаем ему разложить купол, Юра надевает подвеску, шлем, пристегивает варик(4) . Видно также, что не прочь скушать таблетку храбрости. Мы его подбадриваем матом. В конце концов, он делает рывок, под боковым ветром купол выходит не слишком прямо. Юра плюхается на бок и подвеской режет на склоне идеальный горнолыжный поворот – только снег фонтаном. Наконец его отрывает и «Текила» (5) выносит его в прямой полет. Дима сначала корректирует его траекторию, потом передает рацию Вите.
Через какое-то время Юра встречает поток не меньше +5 м/с, который его мощно забрасывает вверх. Видно испугавшись, Юра «делает уши» и быстро сбрасывает высоту. Мы дружно ржем, вспоминая, как Юра допытывался у Виктора  - «а если слетая будут потоки, можно обкрутить?»
Садится Юра не долетая «бочек». Мы, не спеша, спускаемся пешком.
Мда... Вряд ли он дойдет... Ничего, если ситуация будет критичная, мы его съедим.
После ужина готовимся к завтрашнему штурму. Перебираем вещи. Перелистываем имеющуюся библиотеку – пятеро небритых мужиков пялятся в глянцевый журнал. - Посмотри, какие у нее эти...
- Угу.
- А у вон той - лучше.
- Да не лучше, только больше.
- Эээээ...
Обожаю интеллектуальные беседы.

7 cентября.
Кошки – на ботинки, комбез – на тело, завтрак – в рот, «сникерс» – в карман. Все одевают маски – задувает неслабо даже во дворике. Юру уговорили не брать рюкзак. На вершину он уже, понятно, не зайдет, а погулять можно без рюкзака.
Вышли 3-30 и загрузились на ратрак вместе с группой Абрамова. За минут 40 добрались до подножья скал Пастухова.
Сразу после того, как ратрак отъехал 30 метров, Юра сообщил, что ему плохо. Витя, матерясь, отдал единственный на группу фонарик и сказал дуть вниз. На ощупь стали тропить наверх, Абрамов иногда лучом своей лампочки освещал тропу. Но от этого легче не было, потому что привыкшие к темноте глаза сразу слепли на несколько секунд.
За неполный час дошли до заброски и забрали парапланы. «Не надо было их связывать капроновым шнуром» - говорил я себе зубами грызя веревку.
Дальше шлось тяжелее. Рюкзаки не из легких, тропа занесена снегом. Стало светлеть. И как тяжело нам ни было, Эльбрус нам подарил один из самых прекрасных восходов, каких я только видел.
- Ну какооой же туууут собачииий хоооолод.... – проклацал зубами подошедший Абрамов, выводя нас из эстетического транса.
Вышли на гребень восточной вершины, но тут Вася стал отставать. Пришлось его поджидать на промежуточных остановках. Тут я понял, насколько устал. У меня в горах в таких случаях часто так – чуть остановился, присел и впадаешь в какой-то галюциногенный полудрем. Вроде не успел заснуть, но закрываешь глаза и в тот же миг видишь сон.
- Вася, оставь рюкзак на скалах!
Тащить туда рюкзак – в этом остался только спортивный смысл. Уже понятно, что с вершины слететь не удастся – ветер слишком сильный. Я иду с телескопическими палочками, и мне легче. Зато Дима изловчился – загляденье! При каждом сильном порыве ветра, чтоб не свалиться с ног (запросто можно!), он разворачивается башкой в сторону порыва и принимает аэродинамическую позу на одном колене.
Добираемся до останков «Лэндровера». Не пойму, зачем было таскать этот мусор на гору. Уж затащили ради рекламы, так будьте добры, мусор с собой забирайте вниз.
И вот последние метры предвершинного гребня. Шаг, еще шаг. Ура. Я на вершине. Бросаю рюкзак, обнимаю Витю и Диму. Фоткаемся и снимаем на видео потрясающий вид главного Кавказского хребта. И правда, тут места – хоть на 50 парапланов. Жалко погода подвела...
Проведя на вершине минут 25, мы здорово замерзли, решили Васю подождать чуть ниже, где не так задувает. Спускаемся метров 50 и подбодряем Васю. Он в одиночку идет наверх и быстро возвращается. С горой, Вася! У Виктора на усах висят две смешные сосульки. Он смеется и облизывает их. Пора, ребята, давайте сбрасывать высоту.
Вернулись с Димой где то в 14-45. Витя шел с Васей и они немножко отстали, у Васи болят старые травмы. Сварили чайку, люди поздравляют с вершиной.
Прошел слух, что завтра канатка не будет работать вообще – профилактические работы. Здесь этому не удивляются и не возмущаются. Воспринимают, как должное и неизбежное.
Вернулись Витя и Вася. Пьем чай и думаем что делать. Оставаться сегодня – значит оставаться на полтора суток. Слететь с бочек не получится – мы не готовы брать с собой на полет груз, да и ветер опять с горы. Надо валить вниз. Быстро пакуемся и валим.
Есть какое-то чувство неудовлетворенности. Смотрим с Димой друг на друга и понимаем, что думаем о том же. Внизу в Азау мысли помещаем в словесную оболочку: «завтра с рабочей сменой в 7-00 пойти вверх обратно на бочки, заброситься до приюта-11 и попытаться еще раз?»
- Виктор, ты можешь достать прогноз погоды на завтра?
Обсуждаем с ним возможности. Через пару часов Марина, жена Виктора, привозит распечатки метео. Головы склоняются над прогнозом. Многозначительное мычание и чмокание. В итоге - вердикт: завтра все равно не успеваем, а после завтра погода - полная фигня. Уверенность в этом – 80%. Честно говоря, я не думаю, что мы сумеем за ночь внизу и день на приюте-11 полностью восстановиться для второй попытки. Решение принято, но как-то не сильно весело.
За ужином звучат кислые анекдоты, поднимаем тосты за восхождение. Да, сомнений нет, половину программы выполнили достойно, доказали, что физически мы все способны на восхождение и слет. Мы также знали, что за столь короткое время угадать в нормальные погодные условия для слета – трудно. И все же – мучает какая-то неудовлетворенность... Семь интенсивных дней, а купола никто, кроме Юры, даже и не распаковал...
Ну ладно, гора пустила нас в гости, так за ее здоровье!

8 cентября.
На завтрак приехал Витя. Посидели. Потом за нами приехал Марат и мы просто попрощались. Мы с Димой и Васей – в Москву. Витя – к себе, в Нейтринку. У него дел по горло, сезон. Юра решил остаться на Юце полетать пару дней.
В Пятигорске меняем билеты, идем гулять по городу. Вася вчера сжег глаза и быстро вернулся на вокзал страдать. Говорит что сегодня ему не мил белый свет. С Димой выкурили кальян и вдруг поняли, что все же неделя в горах – слишком мало. Это как в финской сауне. Тут +120 градусов в парилке, раз в прорубь – и опять в +120 градусов. И тело, испытав весь этот беспредел, перестает понимать, что происходит. И не прогрелось в парилке, и не замерзло в проруби.
Не настрадались мы наверху, не намучились как следует. Поэтому такое непонятное состояние. Чтож, «папитка – не питка», как говорили классики. Эльбрус сказал, что подождет - до следующего тысячелетия он вроде совершенно свободен.

2003 г. Москва.

------------------------------------------

1) Такой полосатый «носок», который показывает силу и направление ветра
2) Прибор системы навигации
3) Радиостанция YAESU
4) Вариометр – основной прибор парапланериста, показывает вертикальную скорость
5) Такой параплан 

-----------------------------------------------------

Спонсоры: я сам

Write a comment (0)

Добавить комментарий