Алексей Мельник. Про нас, про Туюк Су и про все остальное: Пионер

Пионер

Есть в горах Заилийского Алатау пик Пионер, и есть на него классический стенной маршрут 3Б. И была это у нашей команды первая тройка «Б». И был январь месяц и снега по вершины и морозец градусов 20, не ниже, но с ветерком да на 4 тысячах - удовольствие надо сказать не для всех.

А Клуб «Алатау» доживал последние дни, по причине всеобщей перестройки, демократии и срочной самостийности бывшего союза. Но нас тогда это все интересовало мало. Нас молодую команду, закрывшую 3- разряд и в самой тяжелой форме болевшей альпинизмом, интересовали горы, точнее Горы.

Аркаша Хван, - руководитель группы кроме замечательных человеческих качеств имел две потрясающих вещи - пуховые штаны и импортную пуховку NordFace. У нас же на команду были полторы старенькие ВЦСПСки.

Так вот, если спуск с вершины был по пути подъема, или хотя бы на одну сторону хребта, Аркаша одевал обе свои потрясающих вещи и благополучно дожидался, пока наша отважная четверка не спустится с вершины, и счастливая и уставшая не потопает в базовый лагерь.
Вот и сейчас Аркаша устроился под стеной, чтоб снизу внимательно наблюдать, как мы будем пробовать на прочность свои молодые и горячие лбы на первой нашей тройке «Б».

А в это время я стоял на страховке и мерз. Нет, скорее МЁЗР-Р-Р-Р-З. На промежуточной станции стоял Вовка Фролов (он же Боб, наш стратегический резерв, лучший из нас скалолаз) Где-то в низу стучал даштайнами по скале Андрюха Молотов. А выше меня маячил Андрей Барбашинов.
- Андрюха есть полка?
- Нет! Крюк!
- Стоять удобно?
- Не-ет! Выдай!
- Выбирай!

Веревка, шурша по камню, поползла вверх.

Солнышко-о-о, ну где же ты, тепленькое, вон уж на башнях Маншучки появилось, давай к нам, или мы к тебе побыстрее уж…Кстати!
-Андрюха-а-а!!! Как дела!!!! - ору так, что наверно в базовом лагере слышно.
- Нормально!

С верху слышен звон железа, веревка ползет вверх. Эх, сейчас бы в тепло, в лето какое-нибудь, на песочек Иссык-кульский:
- Сол-ны-шко!!! Это я уже в слух ору.

Вместо солнышка ко мне подходит Андрюха Молотов. Что тоже в принципе не чего. Ему хорошо, тепло, даже жарко. Хватает горячими легкими, хрустальный воздух, но это пока, теперь ему на страховке мерзнуть.

Дня 3 или 4 назад, Андрюха поморозил палец на ноге и один из наших старших товарищей с барского плеча дал Андрею на восхождение свои пластиковые ботинки фирмы «Даштайн» вместо его на рыбьем меху, и теперь Андрюха озвучивает каждое свое движение грохотом пластика о северную стену пика Пионер.

Сверху скатывается крик:
- Стация! Самостраховка! Перила готовы!
- Леха пошел!! Это мне.

Веревку в жумар, первый рывок окоченевшего тела. Рыжий камень стены ползет в низ, а я вверх, планомерно увеличивая расстояние между своей пятой точкой и мореной ледника: ох, и парить отсюда с ускорением свободного падения тела, если ЧТО. Ага, вот и согрелся, мандраж уже не от холода.

А вот и Андрюха Барбашинов и где-то тут есть удобная полочка для двоих, хоть постоять ногами нормально, а не как собака на заборе.
И это, блин, удобная полочка для двоих, да?! В очередной раз поминаю тихим добрым словом описание «бабы Веры» (это книжка такая В. Степановой с описанием маршрутов на вершины З. Алатау)

Прижались мы с Андрюхой друг к другу как родные. У него одна нога на полочке стоит и у меня одна. Я нежно ему в затылок дышу. В принципе, кто бы спорил, очень, очень удобная «полочка для двоих». Новое в Камасутре. Так и стоим, смотрим куда дальше жить: вон он, камин справа. Нам туда. Крюки старые просматриваются, где-то здесь в прошлом году парень с Москвы и улетел, а мы его с Мынжилков спускать помогали.

Подошел с веревкой Боб. Организуем маятник. Все железо, какое есть - на Боба. Не богаты мы им, ох не богаты: Пошел, использует старые крюки, лупит два своих, крюки «поют», милый сердцу звук. «Поют» - значит держать будут. Вовка с боевым кличем: «Твою мать!!!» влетает в камин. Нормально.

Теперь я. Страшно, аж, жуть.

Но мне проще, Андрюха Барбашинов придерживает. Отваливаюсь от зацепок. Плавный полет, вот и камин. Самостраховка.
Помогаю Бобу веревку распутать. Следующий Барбашинов, страхую его. Нормально. И не холодно, на одежде изморось от дыхания, а из под каски пот на глаза капает.

Остался Молотов. Пыхтит, разбирает станцию, выбивает всё. Всё для Боба - все для победы. Боб готов.
- Страховка готова?!
- Готова.

Вовка начинает движение вверх. Вон наша цель, нависает рыжей с черными солнечными подпалинами стенкой над камином. А еще выше облака бегут и небо синее-синее, но туда нам не надо. Рановато еще.

Пошел на маятник Андрюха Молотов: веревка нагружает старые крюки, и они с противнейшим звуком «бдынь» один за другим вылетают из скалы: грохот даштайнов, чувствительный рывок станции, натягивается струной страхующая веревка, и каска Андрея бьется уже об камни морены ледника.

Воздух становится плотным как желатин, на зубах вязнет с привкусом мерзким, а может не воздух, но что такое происходит, а потом в три глотки рёв над ледником:
- АНДРЕЕЕЕЙЙЙ!!!!!!

А в ответ не менее проникновенно, с мощной адреналиновой накачкой:
- МУЖИКИИИИИИ! ВСЕ НОРМАЛЬНО!!!

От нашего вздоха облегчения сдувает снег на соседних вершинах. Первый срыв - это как первая женщина, пока сам не попробуешь, не поймешь, что бы кто ни говорил. Выбрали Андрюху. Глаза большие такие, пока лез в себя пришел немного, улыбается даже, странновато конечно, но улыбается.

А в это время начиналась вторая часть марлезонского балета. Боб в камине нашел натечный лед. Не то чтобы его там много было, но вещь я вам скажу это припакостнейшая. Особенно когда без кошек. Да в строительных ботинках - лучшая наша обувь горная на тот момент:
Юзнул Вовка, в камине, не сорвался, но стоять не на чем, только если на честном, добром и тихом слове. Попробовал обойти вправо, да голяк там, зеркало каменное, ни трещинки, ни зацепа. Вернулся. Забил крюк, крикнул «Внимательно!»

И пошел. По натечке.

Не знаю я, что Боб в этот момент переживал. Но мы дышали через раз. Только Молотов Андрюха зубами постукивал, шок от срыва проходил. Уполз Боб за перегиб, не видно его стало, но веревка наверх тихонько уходит. Вытомились мы ожиданием. И тут Боб сверху орет: «Станция!!!» Все. Пройден ключ маршрута. У нас под лопатками зачесалось - крылья отрастать начали. Дунул я вверх по перилам, только уши от ветра заворачиваются. А Вовка тем временем на самостраховке откинулся, красотами любуется, потом в низ глянул и спрашивает: «Леха, а спина у меня не грязная?». Нормальный такой вопрос. На высоте около четырех тысяч метров над уровнем моря, на скальной стене.

Сходили мы гору! Первую нашу тройку «Б». Счастливые и пьяные от победы сидели в пока нашем домике на Чимбулаке, и скромно делились впечатлениями. Девчонки старались растормошить молчаливого Андрюху Молотова и вытянуть у него дополнительные подробности: «А как стена!? Ну, как!? Сложно было!?». На, что будущий мастер спорта и покоритель Эвереста, а тогда завхоз нашей команды честно ответил:
- Лечу я, лечу, вроде все просто.

Write a comment (0)

Добавить комментарий